Парфорсное кино и бездна

С площадки толстяк скакнул в кабину, забросился сетками и ухнул вниз, а по большой, изгрызенной лестнице побежали в таком порядке: первым – темный цилиндр толстяка, за ним – белоснежный исходящий петушок, за петухом – подсвечник, пролетевший в вершке над острой белоснежной головкой, потом Коротков, шестнадцатилетний с пистолетом в руке и еще какие-то люди Парфорсное кино и бездна, топочущие подкованными сапогами. Лестница застонала бронзовым гулом, и тревожно захлопали двери на площадках.

Кто-то свесился с верхнего этажа вниз и кликнул в рупор:

– Какая секция переезжает? Несгораемую кассу запамятовали!

Дамский глас понизу ответил:

– Бандиты!!

В большие двери на улицу Коротков, обогнав цилиндр и подсвечник, выскочил первым и, заглотав Парфорсное кино и бездна гигантскую порцию раскаленного воздуху, полетел на улицу. Белоснежный петух провалился через землю, оставив серный запах, темная крылатка соткалась из воздуха и поплелась рядом с Коротковым с кликом узким и протяжным:

– Артельщиков лупят, товарищи!

По пути Короткова прохожие сворачивали в стороны и вползали в подворотни, вспыхивали и угасали Парфорсное кино и бездна недлинные свистки. Кто-то неистово порскал, улюлюкал, и зажигались тревожные, сиплые клики: «Держи». С дробным грохотом опускались стальные шторы, и некий колченогий, сидя на трамвайной полосы, визжал:

– Началось!

Выстрелы летели сейчас за Коротковым нередкие, радостные, как елочные хлопушки, и пули жикали то с боковой стороны, то сверху. Рычащий, как кузнечный Парфорсное кино и бездна мех, Коротков стремился к гиганту – одиннадцатиэтажному зданию, выходящему боком на улицу и фасадом в тесноватый переулок. На самом углу – стеклянная вывеска с надписью «RESTORAN I PIVO » треснула звездой, и старый извозчик пересел с козел на мостовую с тяжелым выражением лица и словами:

– Здорово! Что ж вы, братцы, в Парфорсное кино и бездна кого попало, стало быть?..

Выбежавший из переулка человек сделал попытку ухватить Короткова за полу пиджака, и пола осталась у него в руках. Коротков завернул за угол, пропархал несколько саженей и забежал в зеркальное место вестибюля. Мальчишка в галунах и золоченых пуговках отпрыгнул от лифта и зарыдал.

– Садись, дядя. Садись Парфорсное кино и бездна! – проревел он. – Только не лупи сироту!

Коротков вонзился в коробку лифта, сел на зеленоватый диванчик напротив другого Короткова и задышал, как рыба на песке. Мальчик, всхлипывая, влез за ним, закрыл дверь, ухватился за веревку, и лифт поехал ввысь. И тотчас понизу, в вестибюле, загремели выстрелы и закрутились стеклянные двери.

Лифт мягко и Парфорсное кино и бездна противно шел ввысь, мальчик, успокоившись, утирал нос одной рукою, а другой перебирал веревку.

– Средства покрал, дяденька? – с любопытством спросил он, всматриваясь в растерзанного Короткова.

– Кальсонера… атакуем… – задыхаясь, отвечал Коротков, – да он в пришествие перебежал…

– Для тебя, дяденька, идеальнее всего на самый верх, где бильярдные, – порекомендовал мальчик, – там на Парфорсное кино и бездна крыше отсидишься, если с маузером.

– Давай наверх… – согласился Коротков.

Через минутку лифт плавненько тормознул, мальчик раскрыл двери и, шмыгнув носом, произнес:

– Вылазь, дяденька, сыпь на крышу.

Коротков выпрыгнул, огляделся и прислушался. Снизу донесся нарастающий, поднимающийся рокот, с боковой стороны – стук костяных шаров через стеклянную перегородку, за которой Парфорсное кино и бездна мерцали встревоженные лица. Мальчик шмыгнул в лифт, заперся и провалился вниз.

Орлиным взглядом окинув позицию, Коротков поколебался мгновение и с боевым кличем: «Вперед!» – забежал в бильярдную. Замелькали зеленоватые площади с лоснящимися белоснежными шарами и бледноватые лица. Снизу совершенно близко бухнул в громком эхо выстрел, и со гулом кое-где Парфорсное кино и бездна посыпались стекла. Как будто по сигналу игроки побросали кии и гуськом, топоча, кинулись в боковые двери. Коротков, метнувшись, запер за ними дверь на крюк, с треском запер входную стеклянную дверь, ведомую с лестницы в бильярдную, и мгновенно вооружился шарами. Прошло несколько секунд, и около лифта выросла 1-ая голова за стеклом. Шар Парфорсное кино и бездна вылетел из рук Короткова, со свистом прошел через стекло, и голова одномоментно пропала. На ее месте сверкнул бледноватый огнь, и выросла 2-ая голова, за ней – 3-я. Шары полетели один за одним, и стекла полопались в перегородке. Перекатывающийся стук покрыл лестницу, и в ответ ему, как громкая зингеровская швейка Парфорсное кино и бездна, завыл и затряс все здание пулемет. Стекла и рамы вырезало в высшей части как ножиком, и тучей пудры помчалась штукатурка по всей бильярдной.

Коротков сообразил, что позицию удержать нельзя. Разбежавшись, закрыв голову руками, он стукнул ногами в третью стеклянную стенку, за которой начиналась плоская асфальтированная кровля громадины. Стенка треснула и Парфорсное кино и бездна высыпалась. Коротков под бушующим огнем успел выбросить на крышу 5 пирамид, и они разбежались по асфальту, как отрубленные головы. Прямо за ними выскочил Коротков, и очень впору, так как пулемет взял ниже и вырезал всю нижнюю часть рамы.

– Сдавайся! – смутно донеслось до него.

Перед Коротковым сходу раскрылось худосочное солнце над Парфорсное кино и бездна самой головой, бледненькое небо, ветерок и промерзший асфальт. Снизу и снаружи город отдал знать тревожным, смягченным рокотом. Попрыгав на асфальте и оглянувшись, подхватив три шара, Коротков подпрыгнул к парапету, влез на него и взглянул вниз. Сердечко его замерло. Раскрылись перед ним кровли домов, казавшихся приплюснутыми и малеханькими, площадь Парфорсное кино и бездна, по которой ползали трамваи и жучки-народ, и тотчас Коротков рассмотрел серенькие фигуры, проплясавшие к подъезду по щели переулка, а за ними томную игрушку, усеянную золотыми зияющими головками.

– Окружили! – ахнул Коротков. – Пожарные.

Перегнувшись через парапет, он прицелился и пустил один за одним три шара. Они взвились, потом, описав дугу Парфорсное кино и бездна, ухнули вниз. Коротков схватил еще одну тройку, снова влез и, размахнувшись, выпустил и их. Шары сверкнули, как серебряные, позже, снизившись, перевоплотился в темные, позже снова засверкали и пропали. Короткову показалось, что жучки забегали встревоженно на залитой солнцем площади. Коротков наклонился, чтоб схватить еще порцию снарядов, но не успел. С несмолкаемым Парфорсное кино и бездна хрустом и треском стекол в проломе бильярдной показались люди. Они сыпались, как горох, выскакивая на крышу. Вылетели сероватые фуражки, сероватые шинели, а через верхнее стекло, не касаясь земли, вылетел люстриновый старичок. Потом стенка совершенно распалась, и грозно выкатился на роликах ужасный бритый Кальсонер со древним мушкетоном в руках Парфорсное кино и бездна.

– Сдавайся! – завыло впереди, сзади и сверху, и все покрыл нестерпимый оглушающий кастрюльный бас.

– Кончено, – слабо проорал Коротков, – кончено! Бой проигран. Та-та-та! – запел он губками трубный отбой.

Отвага погибели хлынула ему в душу. Цепляясь и балансируя, Коротков взобрался на столб парапета, покачнулся на нем, растянулся во весь рост Парфорсное кино и бездна и кликнул:

– Лучше погибель, чем позор!

Преследователи были в 2-ух шагах. Уже Коротков лицезрел протянутые руки, уже выскочило пламя изо рта Кальсонера. Солнечная пучина поманила Короткова так, что у него захватило дух. С пронзительным победным кликом он подскочил и взлетел ввысь. Мгновенно перерезало ему дыхание. Непонятно, очень непонятно Парфорсное кино и бездна он лицезрел, как сероватое с темными дырами, как от взрыва, взлетело мимо него ввысь. Потом очень ясно увидел, что сероватое свалилось вниз, а сам он поднялся ввысь к узенькой щели переулка, которая оказалась над ним. Потом кровяное солнце со гулом лопнуло у него в голове, и больше он ровно Парфорсное кино и бездна ничего не видал.

Спасибо, что скачали книжку в бесплатной электрической библиотеке ModernLib.Ru

Все книжки создателя

Эта же книжка в других форматах


parlej-iz-chetireh-i-bolee-sobitij.html
parlkomm-26012009-intervyu-pryamaya-rech-6.html
parmenid-referat.html